Махновщина — мать порядка

Сообщение
Автор
Аватара пользователя
hatab
Главком
Главком
Сообщения: 652
Зарегистрирован: 12 май 2016, 14:55
Награды: 9
Reputation:
Благодарил (а): 33 раза
Поблагодарили: 12 раз
Israel

Махновщина — мать порядка

#1 Непрочитанное сообщение hatab » 04 июн 2017, 21:26


Махновщина — мать порядка


Революция — это путь к диктатуре. Майданы рождают только деспотов.

В конце 80-х один из моих университетских преподавателей вспоминал, как семью его дедушки посетил Нестор Иванович Махно. Историческое событие произошло примерно в 1919 году в одном из маленьких городков нынешней Южной Украины. Дедушка был фельдшером — то есть человеком более-менее интеллигентным. В его доме имелась маленькая библиотека. Именно по этой причине волосатый батька решил зайти в нему в гости, чтобы разжиться книжкой на ночь. Предводители «народных» армий тоже ведь хотят что-то почитать время от времени.

Однако первое, что привлекло внимание Махно, были чудные карманные часы провинциального фельдшера. «Я возьму у вас часы, — сказал Махно. — Мне нужно для руководства военными операциями. Я их вам верну потом». Здоровенный адъютант Нестора Ивановича, услышав это, не сдержался и хмыкнул: «Ничего вам батька не вернет».

Нестор еще походил немного по комнате, полистал книжки на этажерке, выбрал подшивку «Нивы» (самое легкое чтиво, какое тогда можно было придумать, — в основном для уездных барышень) и, засовывая пачку журналов подмышку, снова обронил: «Я их почитаю и вам верну».

И вновь адъютант главного анархиста весело подмигнул, повторив ту же историческую фразу: «Ничего вам батька не вернет!». Слова адъютанта оказались пророческими — и часы, и подшивка «Нивы» навсегда исчезли из домика фельдшера. Да и сам Махно дематериализовался, растаяв в дымке гражданской войны. Словно никогда и не заходил в тихий фельдшерский домик.

Воспоминание это никогда не публиковалось. Считаю своим долгом поделиться им с читателями. Сколько фильмов снято о Махно. Сколько книг написано. А, по-моему, вся суть его именно в этом эпизоде. Мне надо. Я вам верну. И не вернул. Вроде бы борец с государством. Идейный анархист. А ведет себя как самое настоящее государство. Гребет все под себя, ничего не отдавая взамен. Просто по Ницше: «Если долго вглядываться в бездну, то бездна начинает вглядываться в вас». Всматривался в «аппарат насилия» до одури, возмущался его устройством, требовал справедливости и сам этим аппаратом стал. В одном лице и суд, и налоговая, и армия с полицией.

Родина Махно — Гуляйполе. Официально в начале прошлого века это было село. Неофициально — самый настоящий город. Тогда его населяло тысяч шестнадцать жителей. И сегодня — примерно столько же. Ровно такой же величины был Александровск — нынешнее Запорожье. Гуляйполе относилось к Александровскому уезду. Только за годы советской власти Александровск дорос до областного города. А Гуляйполе стало всего лишь райцентром, ничуть не изменившись в размерах. Время в нем словно застыло. Те же тихие домики с садами на улицах, перекрещивающихся под прямым углом (царское правительство в конце XVIII века закладывало пограничное с Крымским ханством поселение весьма «регулярно», не подозревая, какая вольница в нем вырастет), кирпичное полуразрушенное здание городской мельницы с цифрами «1894» на фронтоне, чудом уцелевшие особняки местных богатеев, имена которых канули в Лету.

Я был в Гуляйполе. Место действительно фантастическое. Больше всего меня там поразил шест для стриптиза в гостиничном кафе. Завтракая, мы спросили официанта: «Что, и стриптиз вечером будет?» «Нет, стриптиза не будет. У нас не бывает стриптиза». «А зачем же шест?» «Так положено. Хлопцы в Запорожье такой же видели и решили тут установить, чтобы и у нас такое было».

В общем, Гуляйполе во всем соперничает с Запорожьем — как Киев с Москвой. Недаром Нестор Иванович когда-то начинал свои подвиги с налета на Александровск — стремился удаль свою показать. А потом еще дальше пошел — на Екатеринослав. И тоже взял его. Причем два раза. Еще не подозревая, что большевики переименуют его в Днепропетровск.

После взятия Екатеринослава по страницам газет и книг пошла гулять про Махно легенда. Мол, ездил батька по улицам и приказывал бить по вторым этажам из пушки — чтобы были дома в городе не выше, чем в его родном селе.

Фактически это ложь. В Гуляйполе полно двухэтажных домов, существовавших уже во времена детства Махно. Если они замечательно дожили до наших дней, то никакого резона не было батьке сносить вторые этажи и в Екатеринославе. Не страдал он фобией на «многоэтажность».

Но суть конфликта байка передает точно — пришли в Город какие-то хлопцы из села и качают права. Говорят, что они теперь главные. Кстати, дожило это вечное противостояние и до наших дней. Сегодня Село снова побеждает в Украине Город — вон даже редиску на Майдане в Киеве вырастило! Но лично меня это не слишком тревожит. В Риме на Форуме овец тоже одно время пасли. После нашествия вандалов. А теперь «пасут» туристов со всего мира, взимая с них дань. Вернется городской дух и в Мать городов русских. Как не раз возвращался. Не все же кулачным бойцам править столицей святого Владимира.

А мы вернемся к Махно. Вспомнить о нем меня заставили нынешние лихие времена. Теперь тоже везде полно энергичных личностей, сбивающихся в банды под различными вывесками и стремящихся радикально поменять мир. И цвета времени те же — украинский желто-синий, российский триколор и пролетарский красный снова выясняют между собой отношения на землях древней Скифии в незнаемом Поле Половецком. С неясным пока исходом.

В эту битву цветов Махно и, его земляки с Екатеринославщины внесли свой незабываемый колер — черной крестьянской земли. Мало кто помнит, что первоначально организация вернувшегося в 1917 году из московской Бутырской тюрьмы Нестора называлась «Черная гвардия». У большевиков — красногвардейцы. У офицеров — белогвардейцы. А мы будем черногвардейцами. Чем мы хуже?

Да ничем. В музее Гуляйполя висит фотография элегантных, как черти, махновцев. Черные жупаны. Шелковые пояса. Поверх них — двуплечное офицерское снаряжение. Револьверы, бомбы (так называли тогда в по-простому гранаты), чудные смушковые шапки.

Прекрасен и сподвижник Нестора Ивановича матрос Федька Щусь. Тонкие усики Макса Линдера — звезды тогдашнего немого кино, на фильмы которого во время службы в Севастополе наверняка ходил будущий махновец. Гусарский доломан, расшитый бранденбурами — витыми шнурами. И бескозырка с родного линкора с древнерусской вязью «Иоаннъ Златоустъ», перекочевавшая с Черного моря в Таврические степи.

Да и сам Махно сек в армейском гламуре. Френч, в котором он снялся в 1921 году накануне бегства за границу, пошит с тонким пониманием военной моды. Русые волосы подстрижены. Лицо с крупным носом приобрело пышные кавалерийские усы. Ничего хрестоматийно-комичного. Просто драгунский вахмистр, распрощавшийся с царским режимом и перешедший на сторону трудового народа. Еще чуть-чуть лихости, и будет копия Буденного. Только всматривается в будущее Махно недоверчиво. Словно чует, что ждет его совсем непохожая на блистательную судьбу «красного маршала» эмигрантская доля. Будет великий и ужасный анархист вскоре тапки под Парижем плести в то время, когда Семен Буденный займется реформой кавалерии и доведением конных заводов Союза Советских Социалистических Республик до высшей степени совершенства. Кто думал, что так получится, когда гремело имя Махно от Бессарабии до Луганска?

Махно — плоть от плоти того смешения народов, которое происходило в Таврических степях после завоевания их Россией у Крымского ханства. На черном флаге его рядом с черепом и костями надпись на суржике: «СМЕРТЬ BCIM, ХТО НА ПИРИШКОДI ДОБУТЬЯ ВIЛЬНОСТI ТРУДОВОМУ ЛЮДУ». Фамилии сподвижников батьки — типично украинские: Каретник, Марченко, Белаш, Куриленко.

Но ни Центральная Рада, ни Украинская держава гетмана Скоропадского, ни УНР Петлюры не имела более принципиального врага, чем батька Махно. С красными он мог то дружить, то враждовать, смотря по обстоятельствам. Но с любой формой украинской государственности был на ножах. Казалось бы, что стоило атаману Петлюре найти понимание с атаманом Махно? Ан нет! Чувствовали себя соперниками. До единственной запланированной личной встречи оба так и не доехали. Зато тот же Екатеринослав в первый раз Нестор Махно взял в 1918 году именно у петлюровцев! А ровно через год будет оспаривать его с белыми, которых выдающийся анархист точно так же «не переваривал».

Впрочем, и московских большевиков Нестор Иванович не жаловал. С одной стороны, кавалер ордена Красного Знамени. Один из первых. А с другой — вот вам фраза Махно конца 1919 года — периода второго союза анархистской армии с ленинским Кремлем: «Если товарищи большевики идут из Великороссии на Украину помочь нам в тяжелой борьбе с контрреволюцией, мы должны сказать им: «Добро пожаловать, дорогие друзья!». Если они идут сюда с целью монополизировать Украину, мы скажем им: «Руки прочь!»

Объяснение такому феномену простое. Махно был прежде всего крестьянским хлопцем из Гуляйполя. Как и его сподвижники из окрестных сел. Они стерегли «свою» землю от всех. И от красных, и от белых, и от жовто-блакитних. Наше поле. Нам тут и гулять. Наверное, потому их собственный флаг и был цвета вспаханной земли. И петлюровцев, и большевиков они воспринимали как непрошенных пришельцев, чужаков. Интернационализм им, конечно, нравился. Но так, как они сами его понимали, пусть каждый сидит у себя дома и не лезет в дела соседа. Это было традиционное крестьянское мировоззрение, замешанное на местном патриотизме. Такое же, как во времена атамана Сирко. Донациональное, по сути. На каком языке малевать надписи на флагах, махновцам было все равно. «2-й сводный пех. полк повст. армии УКРАИНЫ МАХНОВЦЕВ», — без соблюдения любых правил правописания красуется на одном из знамен батькиного воинства. Зато по-русски.

Широкую натуру Нестора Ивановича вообще возмущала тотальная «украинизация». Соответствующий эпизод имеется в его воспоминаниях. На железной дороге в 1918 году Махно столкнулся с чиновником, требовавшим, чтобы с ним отныне разговаривали только на «державной». Великий украинский анархист тут же возмутился. Мол, кто смеёт мне указывать, на каком языке говорить? Я — Махно! А ты кто? Сильная личность вступила в конфликт с государством. И победила. Вполне в духе анархистской теории. Но на практике.

Примечательно, как Махно стал первым номером среди повстанцев — добился места лидера. До поры до времени он был просто рядовым бойцом в банде матроса Щуся. Ничем себя не проявлявшим. Так продолжалось до того момента, когда австрияки (а это была их зона оккупации) не загнали летом 1918 года щусевцев в какой-то лес. По воспоминаниям будущего начальника штаба махновской армии Белаша, яркий демонстративный Щусь внезапно пал духом и собрался отсидеться в этой чащобе. Зато Махно буквально встал на дыбы и призвал всех идти на прорыв. Тогда повстанцы и заявили: «Отныне будь нашим батьком, веди, КУДА ЗНАЕШЬ!»

Прорыв удался. Щусевцы стали махновцами.

В этом отрывке из воспоминаний Белаша — вся суть тайны лидерства. Веди, куда знаешь. Сними с нас ответственность. Ты — решительный. Тебе и решать. Какой бы физической силы и ума ни был самец, а если нет в нем решительности, тащиться ему вечно на вторых и третьих ролях. И будет верховодить им волосатая обезьяна, вроде того же Нестора. Ничем, вроде бы, не примечательная. Не отдающая ни журналов, ни часов.

Анархия начинается, когда в стране исчезает лидер. Вдруг, словно ниоткуда, выпрыгивают десятки маленьких вождей и вождишек. Атаманы рождаются, как грибы после дождя. Щуси и Григорьевы, Волохи и Ангелы, Зеленые и Маруськи. Петлюра с его претензией быть «головным атаманом».

И белые генералы той эпохи неуловимо смахивают на атаманов. Шкуро и Слащев — тоже атаманы. Только с широкими золотыми погонами на плечах и двойными лампасами на бриджах. Меньше всего они напоминают чинных кабинетных «их превосходительств» дореволюционного царского времени. Их тоже родила революция, хоть они и контрреволюционеры. На предводителя банды взломщиков похож в своей кепке Ленин. Еврейско-кавказской мафией шагают за ним с фомками и револьверами Троцкий-Бронштейн, Яша Свердлов и Сталин с подельником Орджоникидзе. Пацаны на дело идут — брать Госбанк. И взяли же! Только потом передрались насмерть, когда добычу делить стали.

Параллели улавливаете? Если улавливаете, то знаете и продолжение. Всякая анархия непременно заканчивается диктатурой. На то она и мать ПОРЯДКА.

9 августа 2014 г.
ссылка видна только зарегистрированным пользователям
Я круче чем динозавры. они вымерли, а я минералочки с утра выпил и снова жив!

Вернуться в «Утешение историей»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость